Михаил Афанасьевич Булгаков (3 [15] мая 1891, Киев — 10 марта 1940, Москва) — русский писатель советского периода, врач, драматург, театральный режиссёр и актёр. Автор романов, повестей, рассказов, пьес, киносценариев и фельетонов, написанных в 1920-е годы.

Его самые известные произведения: «Собачье сердце», «Записки юного врача», «Театральный роман» («Записки покойника»), «Белая гвардия», «Роковые яйца», «Дьяволиада», «Иван Васильевич» и роман, принёсший писателю мировую известность, — «Мастер и Маргарита», многократно экранизированный как в России, так и в других странах. Дарование Булгакова развивалось очень быстро, проявлялось теми или иными гранями в текстах разных жанров. За короткое время он успел выступить в рассказах, фельетонах и очерках, романах и повестях, пьесах. Уже рассказы, очерки и фельетоны Булгакова выделялись среди русской юмористики 1920-х годов своим художественным уровнем. В сатирических произведениях Булгакова — структуре художественных образов, необычности и парадоксальности ситуаций, в которых оказываются персонажи, приёмах и средствах осмеяния — проявляется карнавальное мироощущение писателя. Для фельетонов Булгакова характерно умение соединить две, казалось бы, несовместимые стихии — факт и вымысел, беллетризировать факт, сочетать документ с художественным вымыслом. Наблюдается тенденция сближения фельетона и рассказа, фельетон у Булгакова близок к сатирическому рассказу. Автор стилизует фельетоны под новеллу, страничку из дневника, применяет форму письма, диалог и др. В своей малой сатирической прозе Булгаков применял гиперболу и гротеск, обнажал и усиливал контрасты, заострял едва намечавшиеся тенденции.

С середины 1920-х годов Булгаков стал использовать в своих произведениях многочисленные скрытые аллюзии, элементы тайнописи. Искусство неявных значений стало привлекать его не только своими художественно-интеллектуальными возможностями, но и возможностью затронуть рискованные темы и проблемы, находившиеся под запретом. Одновременно с началом широкого использования Булгаковым подобных средств и форм в его творчестве появляется и начинает переплетаться с ними фантастический элемент. По-видимому, как фантастика, так и иносказание выражали собой стремление писателя обобщённо и ёмко осмыслить происшедшие и происходящие в стране перемены, соотнести их с глубокими философскими проблемами, историческими проблемами, нравственными нормами. Фантастика и иносказание помогали Булгакову в поиске внутренней свободы для осмысления окружающей действительности. Мистические образы были для Булгакова лишь средством решения социально-сатирических и философских задач, но не частью мировоззрения.

Булгаковские тексты часто заключают в себе многослойные семантические структуры. В них пересекаются различные смысловые пласты, происходит их взаимопроникновение, присутствует игра скрытых значений и многократно варьирующихся взаимоотражений, приводящие к особым образно-смысловым эффектам. В рамках этой сложной и гармоничной системы одним из важных элементов является аллюзионно-ассоциативный, в том числе использование прототипов, намёков на реальные, имевшие место в действительности события, факты, деятелей.

В произведениях Булгакова часто встречаются реальные имена существовавших в действительности людей или же намёки на них, описания исторических событий, городов и улиц, сёл, предметов быта, зданий. Чуть ли не каждая строка содержит намёки на реальные подробности жизни писателя, и потому булгаковская проза, даже насыщенная фантастикой, читается как записки очевидца. Булгаков в своих текстах почти всегда предпочитал использовать реальный историко-топографический фон, помещать персонажей в тех местах, которые самому автору были прекрасно известны, где он жил, работал либо же бывал в гостях у друзей или знакомых. По причине насыщенности конкретными деталями и образами проза Булгакова нуждается в разветвлённом комментировании.

Текстам Булгакова присуща редкая сила выразительности, конкретность восприятия жизни, умение даже метафизическое явление изобразить максимально чётко, без расплывчатости и без аллегоризма — так, как если бы это происходило у читателя на глазах и чуть ли не с ним самим. Характерна точность в колорите места и времени — и в изображении Москвы, современной писателю, и в изображении древнего Ершалаима в «Мастере и Маргарите».

Булгаков стал продолжателем традиции Салтыкова-Щедрина в литературе. Сатира у Булгакова так же глубока и беспощадна, как у Щедрина. Булгакову присущи остроумие и блеск фантазии, стремительность «быстрой» прозы, умение создать занимательный сюжет и в то же время не изменить художественной правде, сделавшие его одним из самых популярных писателей XX века. Для сатиры Булгакова характерна реалистичность, историческая и психологическая достоверность, в ней живописно и убедительно соединены время, города и люди.

Булгакову присуще мастерское владение диалогом, речь булгаковских персонажей индивидуализирована, писатель умело отображает богатство речевой интонации, его портретные зарисовки очень выразительны. Карнавальное мироощущение писателя проявляется, в частности, в языке произведений Булгакова: то торжественно-величавом, высоком, то подчёркнуто грубоватом и фамильярном, откровенно-циничном.

Неповторимый колорит, присущий булгаковским произведениям, создаётся во многом благодаря употреблению эмоционально-экспрессивной лексики, и чаще всего — просторечия. Вместе с другими видами эмоционально-экспрессивной лексики оно является важнейшим у Булгакова жанрово-стилистическим средством передачи индивидуализированной речи персонажей. Так, в повести «Собачье сердце» использование просторечия в диалогах обусловлено не только сюжетом и авторским замыслом, но и в значительной мере социальным происхождением героев. Просторечие придаёт речи персонажей оттенки грубоватости, непринуждённости, позволяет автору зримо обрисовать широкий спектр человеческих характеров и особенности взаимоотношений между персонажами.

Булгаков видел ту проблему, которую Бунин в книге «Окаянные дни» назвал болезнью и распадом языка, его ломкой и засорением, в том числе в народной среде. Отсюда насмешки Булгакова над аббревиатурами, канцеляризмами, революционным жаргоном, самоуверенной безграмотностью газетчиков (эти проблемы он высмеивает, например, в фельетоне «Караул!», пьесе «Бег», повести «Роковые яйца»). Однако сам Булгаков не дистанцируется от этого языка эпохи перелома, объединяющего «неправильную» живую народную речь, церковный высокий стиль, библейские образы, книжный интеллигентный разговор, риторику митингов и канцелярский стиль. Язык сатиры Булгакова богат во многом за счёт этой неправильности и распада, умелого употребления всех штампов и нелепостей, соединения несовместимых говоров и жаргонов. Отсюда неповторимый комизм булгаковских произведений.

Будучи противником формализма, канцелярщины, бумаготворчества, Булгаков порой прибегает к издевательской насмешливой имитации различных документов и деловых бумаг. Он также высмеивает популярные лозунги и плакаты, использует пародийные названия учреждений и организаций.

Комизм в произведениях Булгакова создаётся ещё и благодаря использованию всевозможных тропов: сравнения и гиперболические, парадоксальные сопоставления, эпитеты, окрашенные обличительной экспрессией. Булгаков нередко применяет каламбуры, в основе которых лежат омонимы, омографы, паронимы, шуточная этимологизация, реализация метафор, переосмысление и модернизация устоявшихся фразеологизмов. Персонажи произведений Булгакова нередко носят стилистически сниженные антропонимы, «говорящие» фамилии, пародийные и комические.