Князь Михаил Дмитриевич Горчаков (1793 — 1861) — русский военный и государственный деятель, генерал от артиллерии (10 октября 1843), генерал-адъютант (6 декабря 1829), командующий войсками в Крыму на исходе Крымской войны, в 1856—1861 годах — наместник Царства Польского. Младший брат генерала от инфантерии П. Д. Горчакова, дед премьер-министра П. А. Столыпина. Родился в семье писателя Дмитрия Петровича Горчакова (из княжеского рода Горчаковых) и его жены Натальи Фёдоровны, урождённой Боборыкиной.

В 1807 году поступил юнкером в гвардейскую артиллерию, с которой (после кратковременной командировки на Кавказ в 1809 году) участвовал в кампаниях 1812, 1813 и 1814 годов. В Отечественную войну 1812 года участвовал в сражении при Бородино; награждён орденом Святого Владимира 4-й степени (1812). Во время Заграничных походов 1813—1814 годов участвовал в сражениях при Люцене, Бауцене, Дрездене, в битве народов при Лейпциге.

Согласно мемуарам С. П. Трубецкого, М. Д. Горчаков являлся членом тайного общества декабристов (вероятнее всего, Союза благоденствия). К следствию привлечён не был и наказания не понёс.

В 1820 году назначен начальником штаба 3-го пехотного корпуса, с войсками которого участвовал в русско-турецкой войне 1828—1829 годов. При переправе через Дунай у Сатунова он в числе первых вступил на неприятельский берег и был награждён орденом Св. Георгия 3-й степени.

Перед самою польскою войною 1831 года был назначен начальником штаба 1-го пехотного корпуса, и в этой должности состоял до сражения при Вавре; после раненного в этом бою генерал-адъютанта Сухозанета вступил в исправление должности начальника артиллерии армии, действовавшей в Польше, и участвовал в сражении при Грохове, сражении под Остроленкой и в штурме Варшавы.

Во время венгерской войны в качестве начальника штаба действующей армии участвовал в бою под Вайценом и распоряжался переправою войск через реку Тису, при Тисафюреде.

В 1854 году, при начале Восточной войны, начальству Горчакова вверены были войска 3-го, 4-го и 5-го пехотных корпусов, действовавших на Дунае и прибрежье Чёрного моря до Южного Буга, хотя главное распоряжение этими силами, равно как войсками, находившимися в Польше и западных губерниях, было предоставлено генерал-фельдмаршалу Паскевичу. Кампания на Дунае вообще шла неудачно, и войска Горчакова уже в исходе августа 1854 года были выведены из Валахии и Молдавии. По возвращении их в пределы империи Горчаков был назначен главнокомандующим Южной армией, расположенной на северо-западном прибрежье Чёрного моря и на реке Прут.

Когда последовала высадка союзников в Крыму, Горчаков по собственному почину, предупреждая высочайшие повеления, всячески старался содействовать удовлетворению материальных нужд крымской армии. Наконец начальство над этой армией пришлось принять самому Горчакову, и в самое тяжелое время; он руководил обороной Севастополя с февраля по август 1855 года.

В мае 1855 года после одного из отбитых штурмов, вожди неприятельской армии прислали парламентёра к князю М. Д. Горчакову просить его портрет. Тот отвечал, что у него в Севастополе нет фотографа. На другой день неприятель прислал с парламентёром фотографа, и кн. Горчаков дозволил снять с себя портрет. Портрет этот был послан князем в подарок своим противникам, которые одарили его большой фотографией — своим портретом. В конце 1855 года он заменён был в Крыму генерал-адъютантом Лидерсом, а в январе 1856 года, по смерти фельдмаршала князя Паскевича, назначен наместником Царства Польского и главнокомандующим вновь образованной 1-й армии. В этой должности он оставался до самой смерти. Тело его, согласно завещанию, предано земле в городе Севастополе. Над его могилой на Братском кладбище по проекту архитектора А. А. Авдеева воздвигнута часовня. Князь Горчаков долгое время пользовался репутацией человека беззаветно храброго и рыцарски честного и благородного. Во время и после Крымской войны его справедливо упрекали в отсутствии самостоятельности и в нерешительности, которые вредно отзывались на военных действиях; но трудно сказать, были ли то врождённые черты его характера или же они явились и развились вследствие почти 22-летнего пребывания начальником штаба у графа Паскевича, который держал себя с подчинёнными деспотически, не терпел возражений и, обладая огромною властью, оберегал её весьма ревниво, причём мягкостью в обращении не отличался. Правда, и сам Горчаков любил жаловаться на безынициативность подчинённых.