Повесть "Когда же пойдет снег?..", напечатанная в "Юности" популярнейшем журнале 70-х, который расходился многотысячными тиражами, заявила: в отечественную литературу пришел большой писатель. Акварельная прозрачность письма, человечность, грусть, легкий, особый "рубинский" юмор - пусть сквозь слезь, и горе, но мы сумеем улыбнуться! - все раскрылось перед читателями в этой ранней повести Дины Рубиной. Мартовскую книжку журнала 77-го, где была публикация, зачитывали до дыр, на радио шла постановка, театры по всему союзу ставили пьесу по повести, на центральном ТВ показывали созданный по ней телеспектакль.

Когда же пойдет снег?..

За ночь исчезли все городские дворники. Усатые и лысые, пьяные, с сизыми носами, громадные глыбы в коричневых телогрейках, с прокуренными зычными голосами; дворники всех мастей, похожие на чеховских извозчиков, все вымерли за сегодняшнюю ночь.

Никто не сметал с тротуаров в кучи желтые и красные листья, которые валялись на земле, как дохлые золотые рыбки, и никто не будил меня утром, перекликаясь и гремя ведрами.

Так они разбудили меня в прошлый четверг, когда мне собирался присниться тот необыкновенный сон, даже не сон еще, а только ощущение надвигающегося сновидения без событий и действующих лиц, все сотканное и радостного ожидания.

Ощущение сна - сильная рыбина, бьющаяся одновременно и в глубине организма, и в кончиках пальцев, и в тонкой коже на висках.

И тут меня разбудили проклятые дворники. Они гремели ведрами и шаркали метлами по тротуару, сметая в кучи прекрасные мертвые листья, которые вчера еще струились в воздухе, словно золотые рыбки в аквариуме.

Это было в прошлый четверг... В то утро я проснулась и увидела, что деревья пожелтели вдруг за одну ночь, как седеет за одну ночь человек, переживший тяжкое горе. Даже то деревце, которое я посадила весной на субботнике, стояло теперь вздрагивая золотистой шевелюрой и было похоже на ребенка с взлохмаченной рыжей головкой...

"Ну, началось... - сказала я себе, - приветик, началось! Теперь они будут сметать листья в кучи и сжигать, как еретиков".