В богатой дворянской семье Попельских единственный сын Петрик слеп от рожденья... Его мать Анна Михайловна, бесконечно любя и жалея мальчика, воспитывает его как редкостный хрупкий цветок. И только дядя Максим, в юности сражавшийся под знаменем Гарибальди, пытается приучить мальчика к самостоятельности, знакомит его с внешним миром, стремясь обогатить и закалить душу ребенка.

Проходят годы. Юноша глубоко переживает свою слепоту. Он уходит в мир своих личных переживаний, пытаясь отгородиться от людей... Однако под влиянием дяди Петр, переодевшись в крестьянскую одежду, отправляется со слепыми бандуристами в долгое странствие по дорогам России. Он встречает на своем пути много слез, бед и несчастий гораздо более глубоких, чем его собственные.

Петр вернулся домой духовно прозревшим. Страдания народа, его песни, его боль – все это воплотилось у Петра в прекрасные фортепианные импровизации. Новый человек и музыкант родился...

Ребенок родился в богатой семье Юго-западного края, в глухую полночь. Молодая мать лежала в глубоком забытьи, но, когда в комнате раздался первый крик новорожденного, тихий и жалобный, она заметалась с закрытыми глазами в своей постели. Ее губы шептали что-то, и на бледном лице с мягкими, почти детскими еще чертами появилась гримаса нетерпеливого страдания, как у балованного ребенка, испытывающего непривычное горе.

Бабка наклонилась ухом к ее что-то тихо шептавшим губам.

— Отчего… отчего это он? — спрашивала больная едва слышно.

Бабка не поняла вопроса. Ребенок опять закричал. По лицу больной пробежало отражение острого страдания, и из закрытых глаз скользнула крупная слеза.

— Отчего, отчего? — по-прежнему тихо шептали ее губы.

На этот раз бабка поняла вопрос и спокойно ответила:

— Вы спрашиваете, отчего ребенок плачет? Это всегда так бывает, успокойтесь.

Но мать не могла успокоиться. Она вздрагивала каждый раз при новом крике ребенка и все повторяла с гневным нетерпением:

— Отчего… так… так ужасно?

Бабка не слыхала в крике ребенка ничего особенного и, видя, что мать и говорит точно в смутном забытьи и, вероятно, просто бредит, оставила ее и занялась ребенком.