Земля Хьерварда еще помнит те давние времена, когда насмерть противостояли друг другу рати Богов и Магов, а по пыльным дорогам древнего континента странствовал принц, лишенный трона, непревзойденный мастер меча Трогвар, последняя надежда Света — Воин Великой Тьмы.

Хриплые трубы на привратных башнях сыграли вечерний сигнал — в знак того, что городские ворота вот-вот закроются. Последние прохожие торопились, миновав узкий подъемный мост, укрыться за надежными стенами Нелласа. Большой торговый город в самом дальнем северо-западном углу Халланского королевства жил в постоянном страхе перед набегом варваров Загорья, и никто не осмеливался ночью в одиночестве бродить по его окрестностям. Мелкие шайки грабителей рыскали вокруг кольца неприступных стен, точно голодные псы подле трактирной кухни, и горе тому несчастному, кто попадался им в лапы! Вывести разбойную заразу не удалось еще ни одному из многих градоначальников Нелласа, что брались за эту поистине непосильную задачу.

— Хвала милосердной Ялини, мы в безопасности! — с облегчением вздохнул один из прохожих, последним миновавший мост вслед за своим многочисленным семейством. Впереди на невзрачном старом муле ехала закутанная в широкий, бесформенный плащ женщина, держа на руках младенца; за ней следовал уныло понуривший голову ослик — на его спине устроились близнецы, мальчик и девочка постарше. Стараясь не свалиться на землю, они отчаянно боролись со сном и постоянно клевали носами. Подросток лет четырнадцати вел в поводу навьюченную лошадь; рядом с ним шагала девушка примерно шестнадцати годов, в темном плаще и безобразном платке, совершенно скрывавшем ее лицо от посторонних взглядов. Сам отец семейства замыкал шествие, на правую руку его был намотан ременной повод еще одной лошади с тюками.

Процессия эта ничем не отличалась от десятков и сотен других точно таких же, торопившихся в этот вечерний час найти ночлег в трактирах и на постоялых дворах Нелласа. Стража в воротах, однако, придирчиво осмотрела новоприбывших, не поленившись даже переворошить их поклажу — небогатый скарб вчерашнего ремесленника, согнанного с родных мест последним налетом варваров. Городовая дружина Нелласа поневоле проявляла бдительность — она хорошо помнила тот день, когда такие же точно тихие, невзрачные люди мало-помалу скопились в воротах, обступили стражников со всех сторон, а затем из-под драных плащей внезапно появились кинжалы. Разбойники тогда стремились захватить проход и открыть дорогу в город коннице варваров, что скрывалась все это время в близлежащих оврагах.

Так уж повелось, что загадочный континент, называемый Хьервардом, стал пристанищем для людей, эльфов, гномов, троллей и других рас, ведущих мирную, размеренную жизнь, но вот на его зеленых холмах появляются Волшебник и его Ученик, бросившие вызов древним богам Хьерварда и разбудившие дремавшего много веков Властелина Мрака.

Тревожные вести с Гнипахеллира, мой тан.

Лошади брели по самой кромке прибоя. Волны лениво лизали край отлогой каменистой осыпи; за ней круто уходили в поднебесье серые тела скал. Камень иссекли трещины, где уже успели укорениться карликовые сосны. Острые каменные клыки, излюбленное оружие Океана, тут и там торчали над водой, то покрываемые волнами, то вновь обнажавшиеся. Пахло гнилыми водорослями, в воздухе парили чайки.

Шестеро всадников в плотных серых плащах из грубой шерсти ехали парами вдоль берега. Четверо – с длинными мечами на левом боку, у пятого клинок был закреплен за спиной и рукоять торчала над правым плечом; шестой довольствовался здоровенной сучковатой дубиной. Головы путников покрывали одинаковые валяные шапки, подобные тем, что носят кузнецы, чтобы не подпалить волосы. По лицам никто бы не смог определить их звания и занятия; все, как один, были загорелыми мужами в расцвете сил; привычкой к оружию они напоминали королевских гвардейцев Видрира, покроем одежды и обращением между собой – свободных общинников с окраин Железного леса, конскими седлами и сбруей – табунщиков Рогхейма.

– Тревожные вести с Гнипахеллира, мой тан, – вполголоса произнёс один из всадников, обращаясь к спутнику с притороченным за плечами мечом. Воин с клинком на спине только что присоединился к остальным; он коротко кивнул, давая заговорившему знак продолжать.

– Карлы Рёдульсфьёлля вновь жгут леса Ялини. Дым застлал северное небо, и птицы, обезумев, разбиваются о скалы во тьме. Гарь достигла жилища Гарма. Он пробудился.

Недобрые слова отзвучали. Тот, кого говоривший назвал таном, выслушал известие молча, только голова его едва заметно склонилась.

– Что слышно ещё? – отрывисто бросил он.

– Нестроение в Химинвагаре, – сказал другой всадник. – Владетель Хьёрлейв пошёл войной на Видрира.

– На Видрира? – Предводитель поднял бровь. – Вот уж не ждал такого от Хьёрлейва! Он, оказывается, отчаянный смельчак!

– Был слух, – понижая голос, продолжал человек, – неверный и смутный, его разносили Ночные Всадницы… Слух, что к Хьёрлейву прибыл тайный посол с острова Брандей!

– Остров Чёрных Магов – страх всей земли, – пробормотал тан. – Что они там унюхали, пожиратели падали, хотел бы я знать? Но продолжай! Была ли уже битва?

– Когда мы выезжали из Эрвасунда, Видрир лишь начинал собирать полки. Хьёрлейв перешёл реку Хатор на северной границе Хранимого Королевства.

– Ясно, – уронил тан и замолчал, нахмурясь. Его спутники терпеливо ждали, пока он размышлял.

– Лодин! Канут! Исунг! Вон за той скалой вы повернёте по тропе к бору Валле и дальше, трактом, – к мысу Ставнес. Туда гномы должны доставить оружие. Примите по счету – им уже заплачено вперёд. «Драконы» подойдут к мысу через три дня, считая от этого. Грузите оружие и уходите на Хединсей. Фроди и Гудмунд! Вы проводите меня до Живых скал. Оттуда повернете к Рёдульсфьёллю. Ищите Хранителей Покрывала Ялини! Предупредите их о проснувшемся Гарме. Когда исполните это – идите на запад к заливу Унавагар. Там селение. Не жалея золота, купите ладью и выходите в море. Вам нужно достичь Хединсея, пока буря не разразилась. Ждите меня на острове до следующей луны. Если я не вернусь – забирайте Ильвинг… и – ищите себе и дружине новой земли. Слушайте моего Учителя… Помните, все вы поклялись Восемью Железными Гвоздями Врат Нифльхеля, что будете служить моему сыну!

Первая книга цикла «Летописи Разлома».

– До Хвалина бы добраться, покуда Ливень не нагнал…

Она проснулась, вырвавшись из зыбкого, зябкого сна. Сквозь щели и прорехи фургонного полога сочился промозглый октябрьский ветер. Ветхое и кургузое одеяльце не спасало, если бы не смертельная усталость, она не сомкнула бы глаз до утра. Очень болел старый шрам на шее – к дождю. Старый и страшный шрам... очень страшный…

Опять дорога. Будь она проклята. И вечное «…покуда Ливень не нагнал…», в разных вариациях повторяемое всей без исключения труппой.

Да, здешний Ливень действительно мог бы именоваться именно так, с большой буквы. Он и впрямь должен был не «зарядить», а нагнать – мрачное и темное, небесное воинство шло с востока, горизонт клубился черным, словно там, вдали, полыхали невиданные пожары – но обо всем, что касалось Смертных Ливней, люди старались говорить самыми обычными словами, как будто это могло уберечь от льющейся с небосвода смерти!

На сей раз эти слова произнес Кицум, старый клоун, никогда не расстававшийся с бутылкой. У него уже здорово тряслись руки, а изо рта пахло какой то алхимической гадостью, даже когда он – редкое дело! – случайно оказывался трезв. На помост он выходил только после «маленького глоточка на удачу». Объем «глоточка» менялся от двухкулачной кружки до целой бутыли забористого гномьего «Каменного жара».

Фесс, уроженец Долины Магов и советник Императора Мельинской Империи, после смертельной битвы Алмазного и Деревянного мечей оказывается выброшен в Эвиал, один из миров Упорядоченного. Фессу все приходится начинать сначала: его память искажена, магические способности ослаблены неведомыми силами. Время не ждет: пророчества сулят новому дому мага скорый и страшный конец. Но ни Фесс, ни кто иной в Эвиале не догадывается, что, сами того не ведая, руку к этому приложили те, кому на роду написано миры спасать, – боевой маг Клара Хюммель и ее спутники, заблудившиеся в паутине троп Межреальности.

Когда в мире Мельина властвовали и вели между собой смертельную борьбу расы гномов и молодых эльфов, иначе называемых также Дану, их мастерами-волшебниками были созданы два магических меча; гномами – Алмазный, или Драгнир, а Дану, властителями лесов, – Деревянный, или Иммельсторн. Вся ярость народов оказалась вложена в эти мечи; и, сойдись они в бою, высвобожденная мощь с лёгкостью уничтожила бы мир. Волею всемогущей судьбы два этих меча пробудились одновременно. Драгниром не без хитрости, коварства и предательства завладел гном Сидри Дромаронг. Иммельсторн захватили маги людской расы, использовав рабыню Дану по имени Сеамни Оэктаканн. Во время войны, где все сражались против всех: людская Империя – против Радуги, семи магических орденов, Дану и гномы – против людей и друг против друга, вдобавок началось вторжение странных существ, именовавших себя Создателями Пути; миру Мельина они несли всеобщее уничтожение. В кровавом хаосе всеобщей смуты начали сбываться зловещие Пророчества Разрушения, Алмазный и Деревянный Мечи уверенно шли навстречу друг другу, неся с собой смерть и уничтожение.

Среди сподвижников Императора людей был некто Фесс, молодой воин и волшебник, рождённый вдалеке от плоти того мира, где ему пришлось сражаться. Он происходил из загадочной Долины магов, таинственного места в Междумирье, где испокон веку жили одни из сильнейших чародеев Упорядоченного. Фессу давно прискучила размеренная жизнь Долины; он покинул её, сделавшись воином и прознатчиком Императора в мире Мельина.

Фесс оказался тем единственным, кто в воцарившейся сумятице сумел-таки понять, что же нужно делать. В завязавшемся сражении, когда легионы Мельинской Империи сошлись с воинством гномов, несших с собой Драгнир, и отрядом Дану, направляемых и ободряемых Иммельсторном, Фессу удалось оказаться рядом со столкнувшимися наконец в последнем бою Алмазным и Деревянным Мечами…