.jpg)
Суворов был высокообразованным человеком. Владел несколькими языкам, занимался литературным творчеством, философией и историей. Невзгоды переносил мужественно, его прямой характер не позволял мириться с несправедливостью, пресмыкаться при дворе. Суворов велик не только как полководец, не знавший поражений, он был создателем военной доктрины и новой стратегии и тактики войн. Кто-то определил талант полководца как способность принимать безошибочные решения в условиях острого дефицита времени и достоверной информации. Возможно, по скрупулезным меркам военного искусства величайший русский полководец (1730—1800) не был гением – как Александр Македонский, Цезарь или Наполеон. Он был больше, чем гений! Второго Суворова у России не будет никогда. Слуга царю, отец солдатам, не проигравший ни одной битвы военачальник, защитник Отечества, сказавший: «Тщетно двинется на Россию вся Европа: она найдет там Фермопилы, Леонида и свой гроб». Патриот, считавший Россию уникальной страной: «Природа произвела Россию только одну. Она соперниц не имеет», и безмерно страдавший от несправедливого устройства русской жизни: «Я бывал при дворе, но не придворным, а Эзопом, Лафонтеном: шутками и звериным языком говорил правду…» Суворов являл собою тип русского человека в лучшем, ярчайшем, оригинальнейшем своем воплощении. Он завоевал такую всеобщую любовь современников, какой не пользовался, по крайней мере при жизни, даже Пушкин. Солдаты, офицеры и генералы готовы были умереть, но выполнить его приказ, – и потому побеждали любого противника. Не будь его побед на Рымнике и под Измаилом, в Крыму, Польше, Италии и Швейцарии, – кто знает, какой была бы последующая история России? Но Суворов не только одержал эти победы – он вырастил, воспитал, выучил, дал развернуться и проявить себя множеству замечательных военачальников: от Багратиона до Кутузова, которые потом отстояли Россию в 1812 году. И он навеки остался в благодарной памяти народа в строгих военных учебниках как непревзойденный образец патриотизма и воинского искусства. Равняться на него, учиться у него и любить его мы продолжаем и сегодня. «Наука побеждать» – книга, в которой величайший русский полководец предстает не только гениальным военачальником, но и великой личностью. Издание также включает уникальные мемуарные свидетельства современников и очевидцев, чтобы из приказов и рапортов, переписки и мемуаров, походных дневников и теоретических кабинетных штудий перед читателем сложилась гигантская мозаика русской военной истории последней трети XVIII века. Электронная публикация материалов жизни и деятельности А. В. Суворова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.
Береги пулю на три дня, а иногда и на целую кампанию, когда негде взять. Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля обмишулится, а штык не обмишулится. Пуля – дура, а штык – молодец! Коли один раз! Бросай басурмана со штыка! – мертв на штыке, царапает саблей шею. Сабля на шею – отскокни шаг, ударь опять! Коли другого, коли третьего! Богатырь заколет полдюжины, а я видал и больше. Береги пулю в дуле! Трое наскочат – первого заколи, второго застрели, третьему штыком карачун! В атаке не задерживай! Для пальбы стреляй сильно в мишень. На человека пуль двадцать, купи свинца из экономии, немного стоит. Мы стреляем цельно. У нас пропадает тридцатая пуля, а в полевой и полковой артиллерии, разве меньше десятого заряду. Фитиль на картечь! – Бросься на картечь! – Летит сверх головы. Пушки твои, люди твои18! Вали на месте! Гони, коли! Остальным давай пощаду. Грех напрасно убивать, они такие же люди. Умирай за Дом богородицы, за матушку, за пресветлейший дом! – Церковь бога молит. Кто остался жив, тому честь и слава!
.jpg)
«Рассказы освободителя» – самая первая книга Виктора Суворова, вышедшая в свет в 1981 году на английском языке под названием «The Liberators» («Освободители»). Эта книга стала настоящей сенсацией: никто и никогда прежде не писал о повседневной жизни Советской Армии так откровенно и ярко. За 35 лет книга выдержала более ста изданий на двадцати трех языках. Новое, дополненное и переработанное издание книги, ранее публиковавшейся на русском языке под названием «Освободитель», выходит в свет под оригинальным авторским названием «Рассказы освободителя» и содержит 19 новых глав. «“Рассказы освободителя” – о том, как был я курсантом, как сидел на гауптвахте, как чистил генеральские сортиры, как стал офицером, как освобождал братскую страну, которая норовила с верного пути свернуть». (Виктор Суворов)
.jpg)
События военно-исторической хроники «Цусима» разворачиваются на фоне одного из величайших в мире морских сражений. Около 30 лет А.С. Новиков-Прибой (1877–1944) собирал материалы для своей эпопеи — в походе и Цусимском бою на броненосце «Орел», в японском плену, а по возвращении на родину — в подполье, в эмиграции, изучил множество архивов, беседовал с участниками событий. Писателю удалось воссоздать яркие, запоминающиеся картины битвы, а главное — рассказать о беспримерном подвиге русских моряков, героически сражающихся и гибнущих в неравном бою.
В истории человечества, с тех пор как стали появляться на свете военные корабли, немало было морских сражений. Но только три из них могут быть по своим грандиозным размерам и результатам сравнимы с Цусимским. Первое, так называемое Саламинское сражение относится к далекой древности, к 480 году до нашей эры. Противники встретились, в Саламинской бухте, около Пирея и Афин. Небольшой греческий флот под руководством Фемистокла уничтожил громадный персидский флот царя Ксеркса. Вторая морская битва произошла в средних веках, в 1571 году, при Лепанто, в Адриатическом море. Соединенный флот христианских государств под начальством дон Жуана Австрийского вдребезги разбил корабли сарацин и египтян. Третье подобное событие разразилось в более позднюю эпоху, в 1805 году около Гибралтарского пролива, у мыса Трафальгар. Здесь знаменитый адмирал Нельсон, оставшийся от предыдущих боев с одним глазом и одной рукой, командуя английским флотом, одержал блестящую победу над соединенным франко-испанским флотом, находившимся под начальством адмиралов Вильнева и Гравина. Нельсон погиб, но союзники потеряли при этом адмирала Гравина, девятнадцать кораблей и почти весь личный состав. Четвертое сражение имело место в дальневосточных водах, при острове Цусима, во время русско-японской войны, а именно 14/27 мая 1905 года. Оно также принадлежит к величайшим мировым событиям. Но об этом будет речь впереди, а пока я расскажу на основании какого материала построено это произведение и почему возникло оно спустя двадцать пять лет после сражения. В этом бою, исключительном по своей драматической насыщенности, я сам принимал участие, находясь в качестве матроса на броненосце «Орел». Неприятельские снаряды пощадили меня, и я попал в плен. Несколько дней мы пробыли в бараках одного японского порта, потом нас перевезли на южный остров Киу-Сиу, в город Кумамота. Здесь в лагерь, расположенный на окраине города, мы были водворены на долгое время — до возвращения в Россию. Я хорошо понимал всю важность события, происшедшего при Цусиме и немедленно принялся заносить свои личные впечатления о своем корабле на бумагу. Потом начал собирать материал о всей нашей эскадре. Но одному человеку справиться с такой огромной задачей было немыслимо. Я организовал вокруг себя человек пятнадцать наиболее развитых матросов, близких своих товарищей. Они с увлечением начали помогать мне. Большим удобством для нас являлось то, что в этом лагере были сосредоточены команды почти со всех судов, принимавших участие в Цусимском бою. Приступая к описанию какого-нибудь корабля, мы прежде всего интересовались как была организована служба на нем какие взаимоотношения сложились между офицерами и нижними чинами а потом уже собирали сведения о роли этого корабля в бою. Уже тогда многие боевые суда настолько были сложны и громадны что люди одного отделения не всегда могли знать, что творится в другом. Поэтому нам пришлось, задавая участникам боя вопросы, расследовать, каждую часть корабля отдельно. Что например, происходило, начиная с утра 14 мая и до окончательной развязки в боевой рубке, в башне такой-то, в каземате таком-то в батарейной палубе, в минном отделении, в машине, кочегарке в операционном пункте? Кто и что при этом говорил? Какие распоряжения исходили от начальства и как они исполнялись? Какова наружность отдельных личностей, их привычки и характер. Как некоторым представлялся бой, наблюдаемый с описываемого нами корабля? И так далее, вплоть до незначительных мелочей.
.jpg)
Томас Эдвард Лоуренс (1888–1935) – легендарная фигура времен Первой мировой войны. Лоуренс был английским разведчиком в Аравии и одновременно мечтал об освобождении арабского народа. «Я считаю его одним из величайших людей, живших в наше время» – так высказывался о своем бывшем советнике Томасе Лоуренсе Уинстон Черчилль. Книга Томаса Эдварда Лоуренса повествует об арабском восстании 1916–1918 гг., которое привело к образованию первых независимых арабских государств. Лоуренс (Лоуренс Аравийский) стал культовой фигурой для Европы 20—30-х гг. благодаря тому, что его военная карьера привнесла в историю Первой мировой войны полузабытые нотки романтики и авантюры. Написанная ярким языком, книга Т. Э. Лоуренса читается как приключенческий роман, на страницах которого экзотика феодальной Аравии сочетается с прозой бронеавтомобилей, самолетов и технологической войны начала XX столетия.
Путь русского офицера всегда был тяжек и тернист. Защита Отечества, лишения, ранения, возможно, и смерть на поле битвы. В ответ – уважение народа, ордена и почет. На том и держалось наше государство. Русский офицер Антон Иванович Деникин защищал Родину, боролся за Россию. Такую, какую он хотел видеть. Он не предал Россию, когда многие бывшие белые, вслед за Красновым, Власовым и Шкуро, пошли на службу к Гитлеру. В автобиографической книге «Путь русского офицера» генерал Деникин описал всю свою жизнь. Весь свой путь служения Родине. Это последняя книга Деникина, являвшегося одной из центральных фигур Гражданской войны в России. Автор книги, ко всему прочему, обладал недюжинным литературным талантом. В книге дается описание той России, на смену которой в кровавых муках пришел не менее мощный, чем Российская империя, СССР. Это и описание войны с Японией, и смута 1905 года, когда русские солдаты начали убивать русских же офицеров. То был первый звонок на пути в бездну 1917-го… Это Первая мировая – Великая война, как ее тогда называли. Вся книга – рассказ о том пути, по которому русский офицер Антон Иванович Деникин взошел на свою Голгофу. Поднялось на свою Голгофу и все офицерство, поделившееся на белых и красных, и весь народ, раскол которого на части не изжит и по сию пору. Во время написания этой книги сердце генерала Деникина остановилось…
На юнкерской бирже вакансии котировались в такой последовательности: гвардия (1 вакансия), полевая артиллерия (5—6 вакансий), инженерные войска (5—6 вакансий), остальные пехотные. Наш фельдфебель взял единственную вакансию в гвардию. В позднейших выпусках их было больше. Но гвардейские вакансии не общедоступны. Хотя такого закона не существовало, но, по традиции, в гвардию допускались лишь потомственные дворяне. На этой почве выходили большие недоразумения, когда не предупрежденные о таких порядках юнкера недворянского сословия брали гвардейские вакансии. Выходили иногда громкие истории, доходившие до государя, но и он не мог или не хотел нарушить традицию: молодые офицеры, претерпев моральный урон, удалялись из гвардейских полков и получали другие назначения.
.jpg)
«Ванька-ротный» – это искренний рассказ о трудных военных буднях стрелкового офицера Великой Отечественной Войны. Повествуя о невзгодах, которые постигли миллионы красноармейцев на фронте в период с августа 1941 по апрель 1944 года, автор отобразил события с поражающей натуралистичностью. В данном издании представлена отредактированная и переработанная рукопись. За правдивость автора, в частности, за его критику роли и места вышестоящего командования, книгу долгое время отказывались печатать, но именно эта неподдельная честность и позволяет нам сказать, что данные воспоминания – правдивый рассказ героя войны.
.jpg)
Леонид Николаевич Рабичев – известный художник, прозаик, поэт, во время войны служил офицером-связистом в составе 31-й армии, действовавшей на Центральном, 3-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах. Воспоминания, письма Л.Н. Рабичева воссоздают эпизоды из жизни фронта и тыла, армейского быта давно прошедшего времени. Какую подготовку проходили офицерские кадры Красной армии, как они жили, любили, о чем мечтали, во что одевались и чем питались. Любая мелочь той эпохи становится необходимым звеном для понимания огромной цены, которой была оплачена наша победа. Юный лейтенант видел и сожженную, поруганную оккупантами Родину, и покоренную Германию. Он пропускал страдания людей сквозь свое горячее сердце. Это мужественная, горькая и местами шокирующая книга человека, прошедшего через самые страшные испытания, но не потерявшего способности верить, любить и созидать.
.jpg)
Немецкий солдат (француз по отцу) Ги Сайер рассказывает в этой книге о сражениях Второй мировой войны на советско-германском фронте в России в 1943–1945 гг. Перед читателем предстает картина страшных испытаний солдата, который все время находился на волосок от смерти. Пожалуй, впервые события Великой Отечественной войны даются глазами немецкого солдата. Ему пришлось пережить многое: позорное отступление, беспрерывные бомбежки, гибель товарищей, разрушение городов Германии. Сайер не понимает только одного: ни его, ни его друзей никто в Россию не звал, и все они получили по заслугам.
.jpg)
Эта книга не может оставить равнодушным никого. Отбросив нас на 75 лет назад в период нацистской оккупации Нидерландов, дневник Анны Франк поведает о том, как несколько еврейских семей пытались выжить в тайном убежище, скрываясь от гестапо. День за днем еврейская девочка в своем дневнике рассказывает вымышленной ею подруге Китти всё, что происходит с ней и с другими обитателями убежища, записывая в него свои самые сокровенные мысли, горести и радости. Ее детская жизнь по воле взрослых быстро стала недетской, превратив дневник девочки в значимый документ и в обвинительный акт. Последняя запись в дневнике датирована 1 августа 1944 года, вскоре гестапо по доносу арестовало всех обитателей убежища. Судьба Анны и ее семьи трагична – все погибли в концлагере, лишь одному отцу девочки Отто Франку чудом удалось выжить, после освобождения из концлагеря вернуться в Нидерланды и найти дневник. В 1947 г. записи были изданы тиражом в 3000 экземпляров. Дневник 6 раз переиздавался и был переведен на 67 языков мира. В 2009 году дневник Анны Франк был признан объектом реестра «Память мира» ЮНЕСКО.
.jpg)
Над книгой «Воспоминания и размышления» Георгий Константинович Жуков, маршал Советского Союза, трудился около десяти лет. Книга вышла в 1969 году. Это мемуары о Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг. Книга посвящена великому подвигу советских солдат в этой войне, всем живым и погибшим, их героизму, храбрости, самоотверженности во имя будущих поколений и своей великой Родины. Книгу маршала Жукова, ветераны считают лучшей среди других мемуаров, посвященных Великой Отечественной войне.
…Я не ответил и продолжал: « Юго-Западный фронт необходимо целиком отвести за Днепр. За стыком Центрального и Юго-Западного фронтов сосредоточить резервы не менее пяти усиленных дивизий». — «А как же Киев?» — спросил И. В. Сталин. Я понимал, что означали два слова: « Сдать Киев» для всех советских людей и для И. В. Сталина. Но я не мог поддаваться чувствам, а, как человек военный, обязан был предложить единственно возможное, на мой взгляд, решение в сложившейся обстановке. — «Киев придется оставить, — ответил я.- На западном направлении нужно немедленно организовать контрудар с целью ликвидации ельнинского выступа. Этот плацдарм противник может использовать для удара на Москву». -« Какие там еще контрудары, что за чепуха? — вспылил И. В. Сталин. — Как вы могли додуматься сдать врагу Киев?». Я не смог сдержаться и ответил: « Если вы считаете, что начальник Генерального штаба способен только чепуху молоть, тогда ему здесь делать нечего…»
.jpg)
Мемуары советского участника локальных войн в Африке
Настоящая романтика есть только в танковых войсках.. Сытое рычание танковых дизелей, за несколько минут до рассвета. Под завязку наполненные баки, полные боеукладки со снарядами, в курсовом и спаренном пулемете заправлены ленты и командир налаживает на башне любимый ДШК, ища взглядом на горизонте наглую муху Алуэтта, которую 12,7 снимет за километр легко. И уверенность в том, что там за далекими холмами ждет белый город утопающий в зелени, где ждут усталых танкистов девушки, цветы и пиво. И надо только пройти через это плато, усеяв его обугленными скелетами Элефантов и Сарацинов и ведь пройдем, как проходили не раз. И пусть вместо белого города опять пылающие развалины, вместо девушек снайперы УНИТА а вместо пива пайковый ром панцергренадеров Рауля, но все равно мы опять победили. Броня крепка и танки наши быстры!